Горькое вино

За окошком, за окном небо застилает
Тёмно-синяя с Луною ночи простыня.
Притаился чёрный кот, старый пёс не лает,
Не слышны над головою крики воронья.
Отчего же, от чего в этот час покоя
Не смолкает беспокойный с моря ветерок?
Закралось сомненье в сердце подло, да такое,
Что в момент перевернуло шаткий мой мирок.
Пробудилась со слезами на глазах безумных,
Притаившаяся где-то в темноте, тоска.
Бессознательная боль среди мыслей шумных
Коброй ждёт мгновенья для смертельного броска.
Как же тянет разрыдаться, выть голодным волком,
Приложиться кулаками к братскому лицу,
Смело лгать о том, что я и не знаю толком,
И забыть о том, что сын я своему Отцу.
Но не выйдут со слезами яды маловерья,
Не уйдёт и гнев в бою через брата кровь,
Пусть ослеп я безнадёжно, вижу и теперь я:
Этот ветер беспокойный возвратится вновь.
Ты не плачь, дитя моё, жаждущее боли,
Поднося отождествленья чашу, не пои,
Не роняй ты слёз своих, что горьки от соли,
Обжигая ими раны старые мои.
Пусть сознания огонь моего согреет,
Пусть присутствием моим станет тишина,
Свет любви моей к тебе темноту развеет,
И твоя судьба во благо будет решена.
Растворишься в бытии, словно сахар в чае,
И из тени превратишься в очищенья свет,
Если я себя с тобой строго различаю,
И не дрогну, своим бесам отвечая "нет".
Если мужем стану я и владыкой храма,
В коем Дух Святой под сводом обитал всегда,
То во век мне не испить горечи и срама,
Даже совести своей я отвечу "да".
За окошком, за окном небо голубое,
Отступила тёмна ночка - скорби пелена.
Ты не плачь, моё дитя, тело болевое,
Я не выпью твоего горького вина.